В 1979 году мои родственники почувствовали на себе, что такое ядерный взрыв, но АТО оказалась страшнее. В общей сложности, по данным ООН, с момента начала вооруженного конфликта к середине апреля (более поздних данных не видел) в боях на востоке Украины погибли 2220 человек, среди них как минимум 23 ребенка. Ранения получили 5956 человек, в том числе не менее 38 детей.

Мои родственники живут на Украине, в Юнокоммунаровске, или как еще называют в Юнкоме. Юнком – небольшой город (около 15 тысяч населения) районного значения в Донецкой области, подчинен Енакиевскому городскому совету города Енакиево (в этом городе родился Виктор Янукович).

Юнком, можно сказать, находится на линии огня: до Дебальцево, где стоят подразделения украинской армии около 30 километров, город Ясиноватая, который серьезно пострадал от обстрелов, - в 32 километрах, до Иловайска – 33, до Донецка 63 км.

После того как в Юнкоме обстреляли из минометов школу, родственники отправили своих детей в Россию и, пожив некоторое время в одном из районов Ростовской области, дождавшись кое-какого замирения воюющих сторон, отправились домой в Юнком, хотя вся наша родня советовала им не возвращаться, но их тянуло домой будто магнитом. Свояченица сказала так:
- Я уже устала бегать, будь что будет! Но больше из родного дома не уеду и в подвал не побегу.

Ее муж, бывший шахтер, улыбается (а он всегда улыбается):
- Сейчас же иду на огород прибирать засохшую ботву и готовить землю к весне. Нынче хороший урожай вырастили.

После того как шахту закрыли, он уехал на заработки в Америку, привез деньжат, купили сыну квартиру. Своими руками сделали в ней добротный ремонт. Жалко, если шальная мина залетит. Тьфу-тьфу-тьфу… Все-таки своими руками бывший шахтер сделал в доме укрытие их кирпичей, чтобы осколками не посекло, подвал-то засыпали еще до новой гражданской войны, чтобы сырость не разводить.

Городок Юнком известен тем, что в сентябре 1979 года на шахте «Юный Коммунар» произвели подземный ядерный взрыв, чтобы снять напряжения в угольном массиве и тем самым повысить безопасность шахтеров от выбросов метана. Жителям поселка объяснили, что проводятся учения по гражданской обороне. Большинство людей вывезли автобусами на ближайшее поле, кормили обедом с водкой. Рассказывали, что взрыв производился на глубине 800 метров, что атомная бомба, равная по мощности 300 тоннам тринитротолуола, потрясла стены домов, посыпались стекла и штукатурка. Так в 1979 году в поселке с 20 тысячами жителей ученые проверяли на практике свои теории. А люди потом болели…

В середине восьмидесятых мне пришлось побывать в Юнкоме. Милые, гостеприимные люди, сонный городок с типичным рынком, добродушные шахтеры с въевшейся в ресницы и брови угольной пылью, как будто подкрашенные тушью. Размеренная жизнь советской эпохи. В синем мареве плавали терриконы, в шести километрах от городка дымили трубы ЕМЗ - Енакиевского металлургического завода. Прилавки магазинов приятно удивляли наличием вареной и копченой колбасы, сгущенкой и сливочным маслом. Тогда шахтеров не обижали. Запомнился местный Дворец культуры, похожий на замок, он был построен немцами после войны. Сегодня, увы, уникальное здание Дворца разрушается, шахта закрыта, ЕМЗ некоторое время не работал, но в период относительного затишья трубы вновь задымили.


Нынешние потрясения юнкомовцев не идут ни в какое сравнение с тем ядерным взрывом. Как-никак он проводился под контролем, а так называемая АТО (антитеррористическая операция) идет безо всякого контроля.

«1 сентября днем обстрелян пос. Юнком. Пострадал частный сектор, жертвой обстрела стала 90-летняя женщина. Две раненых были отвезены в городскую больницу, одной из пострадавших пришлось ампутировать руку. Весь день пригород подвергался периодическим обстрелам, но самое, как впоследствии оказалось, интересное людоеды оставили на ночь. В 23:30 ночи пос. Юнком снова обстреляли, и снова жертвы.
2-го сентября, в 12:00 дня, очередной артналет карателей унес жизни шестерых горожан. Мирных людей, приехавших на городскую автозаправку. Где нет ни блокпостов, ни артсистем, ни отрядов ополчения… Два снаряда упало на территорию автопарка, сгорели автобусы, перевозившие людей… Здесь, слава Богу, обошлось без жертв. Сентябрь пришел в наш город с кровью, смертью и горем».
- это из записей Игоря Коровяковского. Его фотографии погибших детей я не стал публиковать. Сердце рвется на части.

Удивительно, но связь по скайпу в Юнкоме отличная. С родственниками общаемся ежедневно, получая информацию из первых рук. Лейтмотив бесед: «Сегодня стреляли или не стреляли?».
Увы, как в фильме «Белое солнце пустыни»: «Ты как здесь оказался? – Стреляли».

Стреляют почти ежедневно, несмотря на перемирие, причем, бьют с украинской стороны. Сейчас в сам Юнком мины и снаряды стали залетать редко, но в отдалении «бухают» (ударение на первом слоге). Взрыв ракеты «Точка У», который прогремел в Донецке, здесь слышали все. Бывает, что ночами шмаляют из «Градов».

Разрушенную школу, в которой училась моя внучатая племянница, не восстановили и жители ее потихоньку растаскивают. Учителя организовали дистанционное обучение по интернету, чтобы занять себя и детей.

Магазины работают исправно, все, что нужно для жизни в Юнкоме есть: хлеб, сахар, соль, спички и пр. Некоторое время не работала почта, но теперь работает. На днях в дома дали тепло. Электроэнергия имеется. Газетных киосков нет, все новости юнкомовцы черпают из интернета. Наиболее популярные сайты: «Политикус» и «Русская весна». Украинским СМИ здесь не верят.

На днях Кабинет министров Украины утвердил перечень населенных пунктов, на территории которых проводилась антитеррористическая операция (АТО). Об этом говорится в распоряжении правительства №1053-р от 30 октября, опубликованном на его официальном сайте. В список включено несколько тысяч населенных пунктов (городов, поселков городского типа, поселков, сел), расположенных в трех областях – Донецкой, Луганской и Харьковской. Юнком тоже в этом списке. Родственники гадают: «Что бы это значило?». Некоторые из их знакомых высказали невероятную мысль о том, что жителям населенных пунктов, включенных в список, станут платить повышенную пенсию. Другие возражают:
- Ждите «пенсии» от нацгвардии в виде мин и снарядов.
Второй вариант, мне кажется, более реалистичен.

Кстати о пенсиях – чтобы их получать, родственники вынуждены ездить на территорию, контролируемую украинскими вооруженными силами, ближайшие пункты – Артемовск или Константиновка, то есть пенсии необходимо перевести туда. Поездки небезопасны, но, слава Богу, возвращаются живыми и невредимыми и с гривнами. А вот с зарплатами у тех, кто работает, туго. Врачи и учителя взамен зарплаты получают мало-мальские пособия, остальные четверть или того меньше положенной зарплаты. Моему родственнику на сегодня за 5 месяцев должны около 30 тысяч гривен (99 тысяч рублей). Цены понемногу растут, а на жилье падают. Двухкомнатная квартира может предлагаться за 70 тысяч гривен (231 тысяча рублей).

Не так давно в Юнкоме появилось объявление: «Для удобства жителей г. Юнокоммунаровск - по согласованию с мэром города, принято решение о том, что жители Юнокоммунаровска могут получать выплаты по месту, в самом городе Юнокоммунаровск, после того, как проведутся выплаты в городе Енакиево. Но жители г. Юнокоммунаровск, по желанию, могут приехать и получить свои выплаты в Енакиевском городском совете в указанные выше сроки. О месте и времени выплат в самом г. Юнокоммунаровск будет сообщено дополнительно». Но это для инвалидов, семей, потерявших кормильца, ветеранов ВОВ. Хоть что-то.

Со взятыми ранее кредитами – хаос. Одни говорят: «Махните рукой и не платите!», другие добросовестно пишут в банки заявления о невозможности выплачивать кредиты в связи с войной. Кстати, Верховной Радой введен мораторий на начисление штрафов для граждан Украины, проживающих в зоне боевых действий и переселенцев. Министр финансов Украины сообщил, что потери украинских банков в зоне проведения антитеррористической операции (АТО) составляют 60 млрд гривен.

Документом, определяющим правила работы финансовых учреждений в зоне боевых действий, является постановление НБУ №466 от 6 августа 2014 года. После вступления в силу постановления все украинские банки прекратили свою деятельность в зоне боевых действий – по большей части, вне зависимости от того, под чьим контролем находится территория. Единственным исключением, по информации Forbes, стал Ощадбанк. Согласно данным Forbes, по состоянию на 1 августа в Донецкой области функционировал 91 банк, в Луганской – 65 банков. Сегодня они прекратили свою работу в опасном регионе. Экс-заместитель председателя НБУ Александр Савченко считает, что Ощадбанк работает в зоне боевых действий по указанию правительства. «Скорее всего, ... большие системообразующие предприятия договариваются с правительством, которое дает соответствующие указания Ощадбанку, а он их обслуживает», – предполагает Савченко.

Впрочем, юнкомовцам от этого не легче. ПриватБанк, в котором хранили заначки, не работает, а в Енакиево главное отделение так и ограбили. Ощадбанк за банк не считают, называют сберкассой. В Кредит Агриколь и Укрсоцбанк очереди. На вопросы «Что делать?» и «Кто виноват» отвечают:
- Спросите у руководства ДНР.

К этому руководству отношение неоднозначное. Кто-то испытывает раздражение: «Зачем поторопились с референдумом?». Кто-то, наоборот, поддерживает. «Лучше пусть эти колхозники, чем фашисты».

За последние месяцы в Юнком вернулись многие, кто уехал ранее. Жизнь продолжается. Что удивительно, за время сеансов связи родственники, особенно из молодого поколения, не уставали повторять, что там, где они теперь, то есть в Юнкоме, все равно жить лучше, чем в России. Прямо стокгольмский синдром какой-то. (Стокго́льмский синдром (англ. Stockholm Syndrome) - термин популярной психологии, описывающий защитно-бессознательную травматическую связь, взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую между жертвой и агрессором в процессе захвата, похищения и/или применения (или угрозы применения) насилия. Под воздействием сильного шока заложники начинают сочувствовать своим захватчикам, оправдывать их действия, и, в конечном счёте, отождествлять себя с ними, перенимая их идеи и считая свою жертву необходимой для достижения «общей» цели). По ним реально стреляют! И все равно: «Жить лучше!». Я не обижаюсь. Просто я не знаю, что бы я говорил, будь на их месте.

Сегодня, 2 ноября, юнкомовцы выбирают свою новую власть. Мои родные надеются, что привезут своих детей из России на мирную землю ДНР. Дай Бог!

Во время очередного сеанса связи с Юнкомом меня познакомили с творчеством украинской поэтессы Ирины Самариной:

Простите нас, родные россияне…
Пока еще вращается земля,
Мы братьями вам быть не перестанем…
Нас предала не Родина моя,

Не люди, что на площадь выходили,
Пытаясь наболевшее сказать,
А те, кто нашу Родину купили…
Купили, чтобы выгодно продать…
……
Мы все – одна семья… Пусть разругались,
Но ссоры ведь случаются в семье…
И главное, чтоб мы людьми остались,
А не зверьми, готовыми к войне,
…..
За земли, за туманные идеи,
Забыв о том, что детям нужен мир…
Я думать по-другому не умею…
А мы для власти нашей – просто тир…

Хотят, на нас же армию направят…
Хотят, на воздух нам введут налог…
Но разлюбить Россию не заставят…
Пока мы вместе, с нами вместе Бог!

Уникальный Дворец культуры Юнкома давно нуждается в ремонте.

Памятник шахтерам

А это другой «памятник» шахтерам – то, что осталось от шахты «Юнком»

После обстрела городка

Нацгвардия бьет по больным, старикам, детям…

Юнком. На развалинах небогатого дома

Когда-то в Юнкоме можно было запросто порыбачить. Надеюсь это время еще вернется.


В публикации также использованы фотографии: Fonograf, Foto-planeta.com