У министра спорта остается только два месяца, чтобы убедить WADA допустить российских атлетов на Олимпиаду в Рио. Еле сдерживаемое раздражение в его выступлениях наводит на мысль, что он уже не очень-то в это верит.

Бремя, которое уже восемь лет несет на своих плечах министр спорта России Виталий Мутко, становится все тяжелее. Кремль ждет дождя из медалей, как в советские времена, публика требует золота, а за границей обвинения в систематическом применении допинга российскими спортсменами разрастаются до невиданного в истории уровня. Мутко защищается от обвинений довольно неловко, делая резкие или откровенно смехотворные заявления на плохом английском, который уже стал притчей по языцех. Сразу после публикации разоблачительного доклада Международного антидопингового агентства (WADA) Мутко перевел дело в политическую плоскость и повел себя вызывающе по отношению к Международной ассоциации легкоатлетических федераций.

По мнению спортивного журналиста Евгения Слюсаренко, Мутко действительно хочет изменить ситуацию и покончить с допингом. «Если бы у него была волшебная палочка, он бы уже это сделал. Но корни допинга в некоторых спортивных дисциплинах сидят очень глубоко, восходя еще к советской культуре. Даже если сам Путин пригрозит тюрьмой причастным к допингу тренерам, этого будет недостаточно», – считает Слюсаренко.

Обозреватели сходятся во мнении, что за резкими заявлениями Мутко скрывается замешательство. «Он сам себе противоречит, когда обвиняет российских спортсменов в том, что они продолжают использовать мельдоний, одновременно критикуя политические нападки на Россию, – считает обозреватель «Новой газеты» Владимир Мозговой. – Он не может принять суровые меры против руководителей федераций. Нам нужен Геракл, способный вычистить авгиевы конюшни».

По мнению Мозгового, Мутко компетентнее других спортивных чиновников, но невозможно совмещать руководство Футбольным союзом и Министерством спорта. В путинской России совмещение должностей считается признаком могущества, а не пороком системы. В то же время Мутко не входит в ближний круг Путина, и его даже не пригласили на специальное заседание Совета безопасности, посвященное проблеме допинга.

Министру приходится обходиться подручными средствами, которые крайне ограничены. «Российский спорт очень беден. Деньги есть только в футболе и хоккее, – заявляет тренер, который предпочел остаться неизвестным. – Мы зарабатываем 20 тыс. рублей в месяц. Но, если один из твоих спортсменов завоевывает золотую медаль, твоя жизнь переворачивается. Ты делаешь фантастический скачок по социальной лестнице. То же касается спортсменов. Поэтому так велик соблазн обмана». Эксперты говорят о «культе победы» и «желании отомстить за провальные 1990-е». «Россия хочет иметь такие же результаты, как в советские времена, но у нас нет больше советских ресурсов. Рождаемость упала, и мы в демографической яме», – констатирует журналистка Наталья Калугина.

У министра спорта остается только два месяца, чтобы убедить Международное антидопинговое агентство допустить российских атлетов на Олимпиаду в Рио. Еле сдерживаемое раздражение по отношению к международным спортивным инстанциям в его выступлениях наводит на мысль, что он уже не очень-то в это верит.

Эммануэль Гриншпан