Гособвинение озвучило свое видение криминального эпизода с превышением должностных полномочий, сопряженное с насилием, и степенью вины каждого офицера-фигуранта.

После значительного перерыва, связанного с болезнью адвоката и потерпевшей, в Куйбышевском райсуде Омска возобновились слушания по резонансному уголовному процессу в отношении двух руководителей омского Управления по контролю за оборотом наркотиков УМВД — замглавы ведомства Дмитрия Маныча и начальника одного из Отделений Станислава Лихачева (дело № 1-16/2021 (1-352/2020), судья Сергей Мурастов).

На этот раз стороны поработали весьма продуктивно, сразу и неожиданно выйдя на «финишную прямую».

Напомним, что двух офицеров УНК обвиняют по тяжкой статье Уголовного кодекса РФ — «превышение должностных полномочий представителями власти с угрозой и применением насилия». По версии следствия, подполковники, не имея на то официальных полномочий, организовали уголовное преследование гражданки М. В. Шмидт. Замглавы ведомства Дмитрий Маныч ошибочно обвинил потерпевшую в… краже драгоценностей из своей квартиры!

Когда же шкатулка с золотыми украшениями была найдена его супругой, Маныч попытался урегулировать ситуацию мирным путем, принести извинения, но сделал это неуклюже, да еще и с попыткой спровоцировать потерпевшую стороны на… вымогательство с него денег! Произошел скандал, конфликт получил огласку, было возбуждено уголовное дело, но не в отношении, якобы, воров и вымогателей, а в отношении высокопоставленных наркополицейских.

Сегодня после нескольких вопросов гособвинения в адрес подполковника Лихачева, председательствующий судья Мурастов объявил «о завершении судебного следствия». Сразу же начались прения.

Прокурор была немногословна, но за полчаса донесла до Фемиды и процессуальных оппонентов свою позицию по существу. Государственный обвинитель полагает, что факт совершения противоправных действий со стороны подсудимых имел место быть, это доказано собранными на стадии расследования доказательствами и нашло подтверждение в ходе судебного следствия. По версии прокурора, «показания потерпевших и свидетелей согласуются между собой», «оснований не верить им не имеется».

Особо представитель госвласти обратила внимание на ряд свидетелей, которые сменили свои показания по сравнению с отраженными в Протоколах следственных действий. Так, Прокуратура считает, что критически нужно расценивать свидетельства в зале суда полковника УМВД Кореневского, старшего опера ОП-5 Бектурсунова, экс-главы УНК Чижова и целого ряда его подчиненных.

— Их показания расходятся с иными доказательствами по делу…

Например, глава ОВД «Кормиловский» Кореневский (на тот момент замначальника ОП-5 по УгРо) «выдвинул абсурдную версию», что длительная пересменка сотрудников «не позволяет организовать текущую работу Отдела полиции». По мнению гособвинения, «это противоречит и сложившейся практике, и сути работы полицейского ведомства». Полагает, что свидетель «обосновал ситуацию в интересах подсудимых», «с целью поменять главный смысл, размыть ситуацию по принятию подсудимыми решения о доставлении потерпевшей именно в УНК».

Также негативно оцениваются представителем Государства выступления в зале суда граждан Чижова, Курячего, Плотникова, Шинкаренко, Семейченко, Прониной…

— Все они — подчиненные или коллеги, их показания противоречат материалам уголовного дела. Прошу Фемиду отнестись к данным показаниям критически.

Но больше всех за попытку выгородить старших по званию, похоже, достанется старшему оперу из ОП-5 Бектурсунову. Это он сначала убеждал свое начальство и следствие, что «оснований подозревать Шмидт в краже не было», а на суде неожиданно заявил прямо обратное.

По информации прокурора, «материалы по факту лжесвидетельства по ст. 307 УК РФ в отношении сотрудника полиции ОП-5 Бектурсунова переданы в Следственный комитет по Омской области для привлечения его к уголовной ответственности». Кстати, аналогичную позицию из-за сомнительной смены показаний свидетеля в интересах подсудимых ранее высказывала и Фемида.

По мнению гособвинения, важную роль в раскрытии преступления сыграли видео и аудиозаписи, которые в ходе конфликтной ситуации были сделаны потерпевшей стороной:

— Это очень помогло следствию… Многое из показаний потерпевших подтверждается словами самого подсудимого Маныча…

Прокурор полагает, что вина подсудимых в инкриминируемом им деянии «нашла подтверждение достаточными, обоснованными и допустимыми доказательствами».

Подполковникам приписывают: посягательство на Конституционные права и свободы граждан, незаконное проникновение в жилище, угрозу и применение насилия, нарушение тайны и неприкосновенности личной жизни, угроза и ограничение свободы при проведении принудительного привода, угроза незаконного уголовного преследования, незаконное изъятие телефона, просмотр его содержимого без согласия владельца, угроза подброса наркотиков.

По версии гособвинения, одна из причин, способствующих совершению преступления Манычем и Лихачевым, — это отсутствие элементарного контроля на пропускном пункте УНК (ул.Степная, д. 76). Прокурор полагает, что «нужно незамедлительно изменить порядок организации и регистрации граждан, доставляемых в здание Управления»:

— Вопрос очень важный для соблюдения Конституционных прав граждан…

И, видимо, по наведению в УНК должного служебного порядка и дисциплины, по профилактике недопущения подобных эксцессов, как с потерпевшей Шмидт, впредь.

Подсудимые вину не признали, считают, что их действия законны и не повлекли собой существенных нарушений прав и свобод потерпевших Шмидт и Рейнгардт, охраняемых интересов общества и государства.

Гособвинение расценивает эту позицию, как «способ защиты от предъявленных обвинений».

— Своими неправомерными действиями подсудимые подорвали доверие граждан (потерпевших, свидетелей) к органам правопорядка и государственной власти…

Об этом свидетельствуют и публикации СМИ, где данной ситуации дана негативная оценка.

Манычу и Лихачеву обвинения были предъявлены по пункту «а» части 3 статьи 286 УК РФ.

Это — «Совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства». Действия, совершенные «с применением насилия или с угрозой его применения».

— Данную квалификацию считаю верной, и ее полностью поддерживаю, — почти завершила свою речь прокурор.

Осталось только высказаться по предлагаемому наказанию в отношении статусных подсудимых.

При наличии ряда смягчающих доказательств («социализированы, на иждивении несовершеннолетние дети») состав тяжкий и сопряжен только с реальным сроком наказания… Гособвинение предлагает отправить подполковника Маныча в колонию общего режима на 6 лет с тремя годами ограничений работы на руководящих и правоохранительных должностях…
Подполковнику Лихачеву предлагается провести в колонии общего режима 5 лет с двумя годами ограничений по дальнейшему трудоустройству…

Гражданский иск потерпевшими не заявлен…

Подсудимые также выступили в прениях. Эмоционально, с большим объемом аргументов и доводов в свою пользу, ссылками на ФЗ и подзаконные акты. Но об этом — позже…

Судя по всему, приговор по этому делу будет вынесен уже в этом месяце. Если ничего, конечно, не случится.

Экстраординарного.

(продолжение следует)

Александр Грасс,

независимый журналист

СМИ «ИА АЛЕКСАНДРА ГРАССА»