Не могу собраться с мыслями для оценки юбилея Омска в целом. Может, нужно время, чтобы посмотреть на события со стороны, а может, надо понять критерии оценки.


Для меня как краеведа важна историческая составляющая юбилея, иначе непонятно, 300-летие чего мы праздновали. Как говорил не доживший до юбилея академик Каримов: «получится юбилей без юбиляра».

Но сейчас я хотел обратить внимание на одну мелкую деталь, которая, на мой взгляд, ярко характеризует подготовку к юбилею. Я уже как-то писал об этом, но возник повод вернуться.

Речь идет о плите на Иртышские ворота. Незадолго до 300-летия ко мне обратился хороший товарищ и сказал, что он причастен к установке плиты на ворота, и просил уточнить технические моменты. Как потом выяснилось, речь шла о замене информационной таблички с пластиковой на бронзовую. Но при этом никто не удосужился исправить нелепости, которые были в тексте. Хотя я неоднократно говорил об этом руководству учреждения «Омская крепость». Теперь глупость увековечили в бронзе. На табличке написано, что ворота смыло наводнением 1828 г. При этом ворота восстановлены на подлинном, полностью сохранном фундаменте. Причем его работоспособность признали даже трусливые конструкторы «Омскгражданпроекта», которые сносят сейчас остатки крепости под предлогом неработоспособности конструкций. Так пусть мне кто-нибудь, учившийся в школе, не выживший из ума, объяснит, как могло смыть каменное сооружение с полностью сохранного каменного фундамента? Для того чтобы каменное сооружение разрушилось, должен сначала разрушиться фундамент. Если он сохранный, то сооружение разрушиться не могло. Есть фотографии, где ворота стоят на самом обрыве и из цоколя вывалилось несколько кирпичей. Но даже на этих фото ворота стоят нерушимо, без трещин. Наши предки были хорошими инженерами и прекрасно понимали, что вблизи откоса фундамент должен иметь глубокое заложение.

История намного банальнее. В 20-е годы власть была недееспособна. Сил хватало только на то, чтобы отбирать и делить. При этом были ­разруха и ­тотальный дефицит. В такой ситуации ворота тупо растащили на кирпич. В этом месте были промзона, причалы. Революционным памятником они не являлись, другие памятники власть не интересовали.

Есть свидетельство участника Карской экспедиции – шкипера Макарихина, который помнит, что в 1923 г. они отчаливали от Иртышских ворот, а когда вернулись в 1924 г., ворот уже не было. Я это свидетельство не проверял. Но оно очень правдоподобно.

Позже, когда власть остепенилась, а события подзабылись, всё списали на наводнение. Вроде никто не виноват, стихийное бедствие.

Байку про подмыв придумали историки, она казалась им неопровержимой, мол, «концы в воду». Но они не ожидали, что инженеры найдут подлинный фундамент. Казалось бы, дело прошлое, ну признайте несостоятельность байки о подмыве, но нет, даже рискуя прослыть глупцами, все равно за нее цепляются.

Но информационная табличка все же вторична. Главное, что на воротах до сих пор нет плиты с названием. Физически она существует в подлиннике, лежит в экспозиции краеведческого музея. Но сделать с нее копию нельзя. Музейные реставраторы боятся, что «экспонат пострадает». Я тоже реставратор, хоть и не музейный, и точно знаю, что с плитой ничего не случится. В музее должны работать самые лучшие реставраторы, и они должны лучше меня знать, что современные технологии позволяют сделать слепок абсолютно безвредно. Но оставим это на их совести. Плиту придется делать приблизительно. Это будет уже не точная копия, а вариации на ее тему. Это было бы терпимо, если бы не было оригинала.

Вспоминаю, как мы восстанавливали Тарские ворота в 1991 г. Как все было легко и просто. В том же краеведческом музее нам разрешили сделать гипсовый слепок с плиты Тарских ворот прямо в хранилище фонда дерева. Мы развели там грязь, сырость. Подлинную плиту выколачивали из гипсовой формы. Но даже при этом она не пострадала. А сейчас в музее даже забыли, что у них хранится эта плита. И сейчас речь не идет о гипсовом слепке, технологии совсем другие. Плиту собираемся отлить на общественных началах, если город за 6 лет так и не собрался.

Игорь Коновалов